Виталий Годулян: "Милевский и Девич умели превратить любой контакт в эффектное падение"
^

Виталий Годулян: "Милевский и Девич умели превратить любой контакт в эффектное падение"

626
Виталий Годулян: "Милевский и Девич умели превратить любой контакт в эффектное падение"
Фото - odessa-sport.info
Одиозный арбитр Виталий Годулян в откровенном интервью корреспонденту Спорт-Экспресс раскрывает все тайны своей профессии:
- В юности вы и сами серьезно занимались футболом… До какого уровня доросли?
- Уже обслуживая игры во второй лиге в качестве арбитра, еще играл за команду первенства области. Но в 1994 году разорвал связки голеностопа, и после этого активная карьера футболиста закончилась.
- Как футболист Виталий Годулян относился к судьям?
- Как правило, на площадке я вел и до сих пор веду себя достаточно сдержанно, но если арбитр удивляет очень крепко, эмоции перехлестывают. За примерами далеко ходить не нужно. У нас каждый год проводится мини-футбольный турнир среди судейских команд, посвященный памяти первого украинского арбитра ФИФА Николая Балакина (в прошлом году Годулян был признан лучшим игроком этого мемориала. - Прим. М.С.). Года четыре назад в финальном матче сошлись сборные Одесской и Киевской области. Судили встречу Александр Иванов и Дмитрий Жуков. И вот в одном из эпизодов при не самом приятном для нас счете Саша, как по мне ошибочно, не назначает пенальти в ворота соперника. Бросаюсь к нему в возмущении, крепко грублю, он дает мне желтую карточку, хотя, в общем, вполне мог удалить с поля. Однако после этого никаких спорных ситуаций не возникает, и мы, проигрывая по ходу встречи 1:4, вырываем победу - 5:4! Хотя, по сути, наше противостояние с киевлянами носит весьма принципиальный характер: однажды дело едва не дошло до рукопашной.
- В период карьеры арбитра вокруг вас сложился определенный стереотип: мол, Виталий Годулян всегда дает много красных карточек и часто назначает пенальти. Таким образом вы регулировали определенный порог грубости?
- В то время я был арбитром ФИФА, обслуживал международные матчи и перестраиваться с одного стиля судейства на другой не хотел, действуя согласно рекомендательным видеоматериалам по грубой игре, присылаемым из международных ассоциаций. Все началось с того, что в Европе инспекторы несколько раз занижали мне оценки за элементарные ошибки, касавшиеся дисциплинарных наказаний. Что было неизбежно, если ты не показал красную карточку в ситуации, которая того требовала. Точно также я действовал и в Украине, понимая, что повторы все равно ответят на вопрос: заслуживал ли нарушитель удаления. Никогда ничего не высасывал из воздуха, никого не удалял только, потому что человек мне не нравился. И, знаете, как правило, видеозапись подтверждала мою правоту: по крайней мере, в Украине меня ни разу в таких ситуациях не наказывали.
- Другое дело, что тренерский цех и общественность к столь радикальным трактовкам, видимо, были не готовы…
- Да, но обратите внимание: с приходом к должности куратора судейского корпуса ФФУ Пьерлуиджи Коллины количество удалений повысилось процентов на пятьдесят. Таковы нынешние требования, и если арбитр не покажет красную карточку за грубую игру, в течение следующего месяца работать не будет.
- Были случаи, когда Коллина разговаривал с вами достаточно жестко?
- В личных беседах - нет. А вот на групповых занятиях, когда судьи сидели все вместе, и ему не нравился чей-то ответ, он мог в жесткой форме объяснить, как именно нужно действовать, но ничего лишнего себе не позволял. Иногда, когда он недоволен нашими действиями, Коллина говорит так, что перевод и не требуется. Тембр голоса и мимика Пьерлуиджи ничего хорошего нам не сулит, хотя наш переводчик Рома очень добр и наверняка смягчает какие-то смысловые акценты.
- Ваша первая дисквалификация датируется 2003 годом. Так что же случилось в матче первого весеннего тура сезона «Александрия» - «Оболонь»?
- Я получил плохую оценку. Якобы допустил ошибку с назначением пенальти, хотя до сих пор считаю, что назначил его верно. Но главная проблема заключалась в другом: поле было в непригодном состоянии для проведения игры. За сутки до матча выпал снег, а подогрева в Александрии не было. В день игры взвод солдат сапогами утоптал снег, сделал разметку, и я рассудил, что согласно правил, проводить матчи на снегу можно. Тем более что играли команды красным мячом, но дело в том, что после начала встречи температура воздуха резко упала, и поле замерзло до такой степени, что в углах оно было попросту ледяным. Я эту игру довел до конца, получил свои два месяца дисквалификации. Зато в следующий раз, когда точно такая же ситуация случилась в преддверие матча «Борисфен» - «Ворскла», матч был отменен, и хозяевам засчитали поражение.
- Прокомментируйте ситуацию, сложившуюся вокруг вас в сезоне-2009/10, когда большинство клубов отказались от судейства Годуляна, но руководитель судейского корпуса Вадим Шевченко назначил вас на матч 19-го тура «Кривбасс» - «Таврия»…
- 2009 год был для меня особенным. Первая весенняя игра «Металлист» - «Динамо». Скандал. После матча на моей странице в «Одноклассниках» начался настоящий «пожар»: фанаты харьковского клуба принялись активно бомбардировать ее сообщениями. Со временем все успокоилось: зато люди между собой пообщались: некоторые ругали, кое-кто защищал. В общем, отвели душу...
Потом все слегка нормализовалось: отсудил финал Кубка Украины «Шахтер» - «Ворскла». Передохнул. Но в новом чемпионате получил назначение на игру «Металлист» - «Карпаты», в которой возникло несколько спорных моментов, после чего львовяне пожаловались на меня, прислав в придачу нарезку моментов с моим участием. Ну и, как вишенка на тортике, - знаменитая игра «Динамо» - «Днепр»…
- А каким образом в интернет попал номер вашего мобильного?
- Понятия не имею. Но после того матча ко мне посыпались звонки с незнакомых номеров. Это продолжалось два-три месяца. Иногда брал трубку - разговаривал с болельщиками. Иногда передавал телефон жене: на, мол, поговори с моими фанатами. (Улыбается).
В общем, все это пришлось буквально на одно полугодие, и результатом этого стало письмо из Львова. Однако в ФФУ учли, что клубы вообще не имеют права вмешиваться в работу судейского комитета и решили не реагировать на это письмо, в котором фигурировало еще трое моих коллег (Виктор Швецов, Олег Деревинский и Орест Шмигельский. - Прим. М.С.). Однако каждый из нас продолжал успешно работать и дальше, а Деревинский так и вовсе закончил карьеру на мажорной ноте, отсудил без сучка и задоринки все оставшиеся игры.
- По окончанию матчей в этом коридоре можно было услышать о себе что-то нелестное?
- В первые минуты после игры нахамить арбитру могут везде. Вот вам памятный случай. 2001-й год. Донецк. «Шахтер» весь матч не может забить запорожскому «Металлургу», и вот на 94-й минуте при счете 0:0 после дикой толкучки горняки усилиями покойного Ассана Ндиайе наконец заталкивают мяч в сетку ворот гостей. При этом я находился не в самой удобной точке и плохо видел, чем именно сенегалец отправлял мяч в сетку - головой или рукой. Но тут ко мне подбежали игроки «Металлурга» - Армен Акопян и Андрей Демченко, с которыми на тот момент у меня сложились нормальные человеческие отношения. И говорят: «Виталий, он забил рукой». Я тут же сопоставил это с довольно странной траекторией полета мяча, подумал, что забить так головой было нельзя, и на свой страх и риск показал Ндиайе вторую желтую карточку и отменил гол. Тренером «Шахтера» тогда был Невио Скала: он был весьма недоволен моим решением и даже выбежал на поле. Но через двадцать минут после того, как мы зашли в раздевалку, представители «Шахтера» извинились за свою горячность и пожали нам руки. Запись, которую они просмотрели, доказала мою правоту.
А иногда в первые минуты после матча люди чуть ли не в драку бросались. Тот же Николай Костов, например, в бытность наставником «Металлурга» меня не слишком жаловал. Как-то его команда играла дома, и уже в компенсированное время я удалил с поля Лазича… Ну и болгарский наставник попытался мне крепко нахамить. Так, что окружавшим тренера людям пришлось его держать.
- Вы часто удалял тренеров?
- Вот Маркевича относительно недавно пришлось попросить на трибуны. За что? Скажем так, использовал в мой адрес табуированную лексику. Но уже на следующее утро мы летели в одном самолете и спокойно разговаривали в аэропорту. В жизни Мирон Богданович - очень спокойный дружелюбный человек.
- А можно не сразу удалять человека, если он обложил судью по матушке?
- Конечно, можно. Скажу больше: иногда нужно ответить той же монетой. Помните такого футболиста в «Карпатах» - Батисту? Сложный парень, судьям хамил нередко: причем, на чистейшем русском языке. Вот его я во Львове однажды пожелал: просто состоялся очень неприятный разговор на поле, а после игры пожали друг другу руки и разошлись. Но вот прошел год-два, и мы снова встретились, когда Батиста выступал за ФК «Харьков». Не знаю, может, он к тому моменту вообще не хотел играть в этом клубе, но оскорблял меня так откровенно, что деваться было некуда - показал бразильцу красную. И его после этого быстро продали.
- А что вы не поделили с Божьим человеком Эдмаром?
- Забавная была история. «Таврия» проводила кубковую игру в Черкассах, Эдмар тогда только выучил главные слова на русском языке. Матч получился напряженным: сами понимаете, команда высшей лиги не может одолеть коллектив из второй. Основное время закончилось со счетом 1:1, и по ходу матча я принял парочку решений не в пользу «Таврии». Вот тут тогда еще бразилец Эдмар и завелся. Начал что-то рассказывать, причем, в неординарной манере. Увидел на моей форме эмблему международной ассоциации футбола и сделал круглые глаза: «Ты что ФИФА? Как ты можешь быть ФИФА, если так судишь?» - «Эдик, - незлобиво отвечаю ему, - иди на …» - «Как?! Ты меня послал?! Ого!» Но после игры подошел ко мне, обнялись, пожали руки, и с тех пор отношения с ним просто идеальные. К слову, «Таврия» тогда выиграла по пенальти.
- Было ли такое, чтобы вы меняли изначально принятое решение прямо на поле?
- Да и, к сожалению, это случилось в игре на Кубок УЕФА «МюПа» - «Грассхоппер». Я назначил штрафной в ворота швейцарского клуба и показал, что пробивать его следует только по свистку. Затем отвернулся от мяча и свистнул, не видя момента ввода мяча в игру. А финны таким образом забили гол, и я указал на центр! Игроки команды гостей окружили меня и принялись кричать, что игрок «МюПа» пробил до свистка. Я решил проконсультироваться с четвертым арбитром - Славой Жуковым, и мы решили, что «стандарт» следует перебить. Вот за эту методическую ошибку меня и наказали и, по сути, она повлияла на мою международную карьеру.
- Если когда-то Виталий Годулян и был злым гением какой-то команды, то, несомненно, «Ильичевца»...
- Я и сам как-то анализировал этот феномен. Судить на высшем уровне начал в 1998 году, и один из первых матчей пришелся как раз на коллектив Николая Павлова. И вот с тех пор хотя бы раз в год я обязательно обслуживал матчи мариупольского клуба, но выиграли они за все это время при мне только в 2011-м! То есть, попытки эдак с 13-й. И совершенно неважно, насколько хороша была их команда, и насколько слаб соперник, но победить они не могли - и точка!
- Как на это реагировал Николай Петрович?
- А вы что не помните? (Улыбается). Плохо. Письма писал, чтобы меня не назначали, хотя было очевидно, что это чистой воды совпадение, хотя, наверное, были игры, в которых я ошибался не в пользу мариупольского клуба. Скажем, в Запорожье, когда я не назначил пенальти за игру рукой в штрафной «Металлурга». Тогда мне показалось, что касание было случайным, но видеозапись показала мою неправоту.
- В чем причина вашего застарелого конфликта с Игорем Шуховцевым? Как-никак одесситы… И могли бы найти общий язык.
- По отношению к арбитрам Игорь - человек эмоциональный. И в его карьере такие острые ситуации с судьями наверняка были и до меня - например, в России. Начало наших с ним трений пришлось на тот период, когда я начинал судить премьер-лигу: в Мариуполе хозяева за все девяносто минут ни разу не смогли забить донецкому «Металлургу». Сыграли 0:0. Кто виноват? Судья. Вот Шуховцев после игры и прибежал в центр поля, как когда-то Рыкун и принялся мне что-то доказывать, видимо, с применением нецензурных оборотов. Как результат - запись в протокол, и дисквалификация вратаря. Вот с того момента, видимо, и пошла эта неприязнь к моей персоне. Своего апогея она достигла летом 2011-го в Луганске, когда я дал пенальти в ворота «Ильичевца» на последней минуте матча.
- И после чего Шуховцев, по своему собственному признанию, «хотел подправить арбитру носик»…
- Хотел, за что и получил наказание. Скажу честно, в протоколе я постарался описать этот эпизод в мягкой форме, потому что понимал: это - всплеск эмоций, и грозящее Игорю отлучение от футбола на 12 матчей может досрочно завершить его карьеру. Так что я не был сторонником жесткого наказания и в итоге у нас утвердились абсолютно нормальные отношения. При встрече разговариваем, жмем друг другу руки. Что поделаешь, иногда арбитру иногда приходится принимать непопулярные решение, даже в условиях отношений «одессит с одесситом».
- В высшей лиге физическое воздействие на вас оказывали?
- Александр Рыкун в бытность игроком «Ильичевца» после матча наступил мне на ногу бутсой с шипами, что я отразил в протоколе, и его дальнейшую судьбу решал КДК.
- И как разрулилась эта ситуация?
- Очень просто. Вскоре меня снова назначили судить матч мариупольского клуба - в Симферополе. Игра была очень спокойная, «Таврия» легко выигрывала, сопротивление гости почти не оказывали, даже «горчичник» показать не за что было… Но Саша в одном из эпизодов очень нелестно отозвался обо мне, и я его выгнал. Когда Рыкун уходил с поля, к нему на полупустом стадионе громко обратился Павлов: «Ты, идиот, ведь он тебя полгода ждал!..» (Смеется). При этом однозначно считаю Александра одним из лучших футболистов в истории украинского чемпионата. Во время игры он удивлял всех, даже судей, которым очень важно заранее прочитать развитие событий. Но при Рыкуне ты иногда просто не понимал, куда пойдет следующий пас и бежал не туда, куда нужно. Образно говоря, терял ориентацию в пространстве.
- Самый приятный в общении футболист, с которым вы сталкивались?
- Про Армена Акопяна я уже говорил: он всегда называл меня по имени, что устанавливало более доверительный уровень отношений. Очень приятен в общении был и Сергей Назаренко. Что не помешало мне однажды удалить его в матче «Днепра» с «Металлистом». Сначала я выгнал с поля Русола и Ганцарчика, а Сергей не понял, что это «обоюдка», помчался ко мне отстаивать справедливость и делал это в довольно нелицеприятной форме. Само собой, я влепил ему красную. Но через год или полтора, когда я судил игру в Киеве против «Динамо», и «Днепр» победил 3:1, он подошел ко мне после игры и извинился за старое.
- Некоторые арбитры перед встречей пытаются предугадать сложности, которые им создают наиболее проблемные игроки. Для вас такие были?
- Определенный дискомфорт доставляли игроки плана Милевского, Девича и Иващенко, которые умели превратить любой контакт в эффектное падение.
- То, что вы как-то назвали «асфальтной болезнью?»
- Я не хочу никого оскорблять. Эти игроки преследовали одну из двух целей: либо забить, либо заработать фол. При этом быстрый Иващенко нередко падал красивее, чем два более звездных коллеги по амплуа. В памятном мариупольском матче «Ильичевец» - «Таврии» (когда Годулян четырежды указывал на «точку» за 37 минут первого тайма! - Прим. М.С.) у меня не было никаких сомнений в назначенном на нем пенальти. Более того, после игры мы с коллегами изучили запись одной из командных камер и убедились в том, что фол там был. Но потом посмотрели крупный план с другого ракурса по телевидению, и я ужаснулся, обнаружив, что нарушения в этой ситуации не было и близко.
- Судейские приметы у вас существовали?
- С возрастом верить во все эти счастливые свистки перестал… В последние годы перенимал опыт иностранцев. Знаете, чем они отличаются от украинских судей? Наши перед матчем крестятся, стучат по дереву, на поле выбегают с одной ноги, сидят в раздевалке перед дорожкой с опущенными головами - молятся. А на Западе в раздевалке люди песни поют и танцуют. Для них судейство - праздник, а не работа.
- Однажды вы сказали, что, вообще-то, футболисты и тренеры знают правила достаточно плоховато…
- Да, но не все. Тот же Сергей Ковалец знает их очень хорошо. Видимо, в свое время внимательно слушал на курсах тренеров того же Константина Вихрова. Кто-то, возможно, не воспринимал все это всерьез, но Ковальца на судейских тонкостях поймать почти невозможно.
- Самая неординарная ситуация в трактовке правил, с которой вы столкнулись?
- Одна из последних игр Олега Деревинского «Карпаты» - «Днепр» во Львове. Ганиец Инкум, уходя с поля, снял футболку, и Олег влепил ему вторую желтую. Как оказалось, в правилах было четко указано, что предупреждение за такое можно дать только, если игрок демонстративно снимает майку во время празднования гола. Сразу после матча всем арбитрам УПЛ пришла СМС-ка из судейского комитета, в которой было два вопроса - правильно ли поступил арбитр в этой ситуации, и как нужно было поступить на его месте? Таким образом, всех нас лишний раз проверили на знания правил.
Памятуя об этом случае, однажды мы решили пошутить в том же духе и после одной из игр отправили коллеге с левого номера сообщение с вопросом о его решении в данной игре. Он воспринял все очень серьезно: начал звонить и узнавать, как правильно нужно ответить. (Улыбается).
- Вспомните какую-то комичную ситуацию, связанную с особенностями вашего ремесла?
- Однажды я опоздал на свою собственную игру. Был назначен четвертым арбитром на киевский матч «Динамо» - «Металлист», который обслуживал мой земляк Виктор Швецов. Я вышел из судейской, чтобы не мешать коллегам, пошел в инспекторскую, и включил телевизор. Посидел, увлекся, и вдруг поймал себя на мысли, что в коридоре подтрибунного помещения подозрительно тихо. Как оказалось, я просто перепутал время начала матча. Думал, что встреча начнется в 21 час, а она стартовала в 20 часов 45 минут. В итоге я появился на рабочем месте на 6-7 минут позже стартового свистка, который Виктор дал, чтобы не акцентировать внимание на работе четвертого судьи. Тоже своего рода солидарность…
Оцените
Поделитесь
Источник: Спорт-Экспресс

Оставили комментарии на форуме: loading


Оставить комментарий на форуме