Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух

Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух

297
Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух
В октябре 1973-го в финале Кубка СССР киевское «Динамо», возглавляемое Александром Севидовым, проиграло ереванскому «Арарату».
Поражение было нелепым и досадным — во многом по причине двух неудачных замен — Олега Блохина и Леонида Буряка, но, как известно, все, что ни делается, к лучшему. Именно с этого момента в истории советского футбола началась эпоха великого тренера и великой команды, уже в 70-е годы XX века показывавшей футбол века XXI-го.
Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух - изображение 1После отставки Севидова в «Динамо» пригласили 34-летнего Ва­лерия Лобановского, руководившего тогда днепропетровским «Днепром» и в кратчайшие сроки вернувшего команду в высшую лигу. Еще в «Днепре» Валерий Васильевич начал применять эффективные методики подготовки футболистов и формировать научную базу тренировочного процесса. Этот новаторский подход спустя годы даст потрясающие результаты, полностью перевернув существовавшие представления о футболе не только в СССР, но и за его пределами. А в Союзе Лобановский стал легендой еще при жизни.
В 1974-м он возглавил родной клуб, за который выступал с 1955-го и где запомнился как один из самых своенравных и нестандартно мыслящих игроков. Что такое «сухой лист» в исполнении Лобановского, до сих пор помнят даже люди, далекие от футбола.
Ты сидишь на скамейке, что названа «тренерский мостик»,
Старший тренер «Динамо» и сборной команды страны.
На питомцев твоих осыпается золотом осень,
Прибавляя тебе серебро-серебро седины.
Ты сидишь на скамейке, а рядом бушуют трибуны.
Ты сидишь на скамейке, а мы вспоминаем, любя,
Как ты вышел впервые на поле Центрального юный
И как мы окрестили Подсолнухом рыжим тебя.
Самый длинный в штрафной, для соперников был ты мишенью.
Самый длинный и рыжий, всегда ты кому-то мешал.
За тобой, левым крайним, бродили защитники тенью,
И порой сбитый с ног на траве ты угрюмо лежал.
Но, сбивая тебя и ворота свои защищая,
Защищали они не себя, а вчерашний футбол.
И, крученой подачей обиды свои возмещая,
Ты дарил с углового нам чудо по имени гол.
Сколько было в судьбе твоей, вспомни, и ссадин, и шишек,
Cколько разных подножек порой прерывали твой бег.
Но и тренером став, ты остался на голову выше,
Неудобный для многих, всегда непохожий на всех.
Юрий РЫБЧИНСКИЙ
Во главе киевско­го «Динамо» Валерий Васильевич пробыл 17 лет, вырастив несколько поколений футболистов, трижды назначался старшим тре­нером сборной СССР. Под его руководством «Динамо» восемь раз становилось чемпионом СССР и шесть раз — обладателем Кубка СССР, дважды выиграло европейский Кубок кубков, а в 1975-м — Суперкубок.
В 1976-м возглавляемая им сборная завоевала бронзовые медали на Олимпийских играх, а на чемпионате Европы в 1988-м, проиграв в финале голландцам, стала вице-чемпионом.
Затем случилась перестройка, Валерий Васильевич уехал тренировать сборную Объединенных Арабских Эмиратов, добившись четвертого места на Кубке Азии — лучшего результата за все годы существования команды, потом был тренером сборной Кувейта, в январе 1997-го по приглашению Григория Суркиса воз­вратился в киевское «Динамо».
Он ушел в мае 2002-го после повторного инсульта, успев вывести клуб из очередного кризиса: команда пять раз становилась чемпионом Украины и трижды — обладателем Кубка Украины, в 1999-м добралась до полуфинала Ли­ги чем­пионов, уступив мюнхенской «Ба­ва­рии».
Сегодня Валерия Васильевича очень не хватает: футбол и отношение к футболу существенно изменились и продолжают меняться, но не­из­менно пока лишь одно — таких уникальных фигур в украинском футболе больше не было. В свежем рейтинге лучших футболь­ных тренеров за всю историю Лобановский занимает второе место, уступая лишь легендарному наставнику «Манчестер Юнайтед» Алексу Фергюсону, «но время не сдержать и не унять. Придут честолюбивые дублеры, дай Бог им лучше нашего сыграть».
ВЫДАЮЩИЙСЯ СОВЕТСКИЙ ФУТБОЛИСТ И ТРЕНЕР, СФОРМИРОВАВШИЙ И ВНЕДРИВШИЙ С ВАЛЕРИЕМ ЛОБАНОВСКИМ СИСТЕМУ ПОДГОТОВКИ ФУТБОЛИСТОВ ВЫСОКОЙ КВАЛИФИКАЦИИ, АВТОР РАЗРАБОТОК ФУТБОЛЬНОЙ СТРАТЕГИИ И ТАКТИКИ ОЛЕГ БАЗИЛЕВИЧ: «НАША С ЛОБАНОВСКИМ СИСТЕМА ПРЕДСТАВЛЯЕТ СОБОЙ КЛАССИЧЕСКИЙ ПРИМЕР, КАК ВМЕСТЕ МОЖНО СДЕЛАТЬ ТО, ЧЕГО НЕВОЗМОЖНО ДОБИТЬСЯ В ОДИНОЧКУ»
— Мой с Валерием Васильевичем постоянный творческий и человеческий диалог не прерывался никогда, несмотря на все превратности судьбы. Наша система появилась в том числе благодаря этому диалогу и представляет собой классический пример, как вместе можно сделать то, чего невозможно добиться в одиночку.
Такой диалог зиждется на профессионализме его участников. О профессионализме Лобановского много говорят, но часто забывают, что в основе этого лежит отнюдь не зарабатывание денег при помощи квалификации. Ведь тогда речь идет всего лишь о ремесле. Отличие ремесленника от профессионала состоит в уровне требований, которые человек предъявляет к себе.
Профессионал, снизив планку требований, сразу становится обычным ремесленником, а Валерий Васильевич эту планку никогда не снижал. Лобановский всегда двигался вперед, пытаясь разобраться в том, что было непонятно, недостаточно усвоено, проверяя то, что вызывало вопросы, и не делая никаких поблажек ни себе, ни коллегам. В этом отношении его профессиональные качества являлись продолжением качеств человеческих.
Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух - изображение 2Вообще, становление команды — очень длительный процесс, и было бы неправильно сводить его к началу нашей совместной работы с Валерием Васильевичем. Ведь, с одной стороны, «Динамо» существует с 1927 года, в него вложен труд нескольких поколений игроков, тренеров, организаторов... Была создана традиция и определенный уровень ожиданий результатов, которые клуб должен показывать. С другой стороны, нами, еще молодыми тогда тренерами, была проведена большая подготовительная работа. Нам удалось увязать воедино новые подходы к организации игры, ее стратегии и тактики с новым учебно-тренировочным процессом. Система наших методов работы была научно обоснована и опробована мною в ряде других команд начиная с 1970 года.
Становление киевского «Динамо» середины 70-х как бы надводная часть айсберга, а сам айсберг — длительная и упорная работа многих людей в течение десятилетий. Поэтому прежде всего следует говорить о системе организации игры и подготовки футболистов. Если же называть фамилии, то можно сказать, что авторство системы принадлежит Олегу Базилевичу, Валерию Лобановскому и Анатолию Зеленцову (кандидат педагогических наук, доцент, почти 40 лет занимавшийся «научным футболом», создатель оригинальной системы точного расчета тренировочного процесса и математического моделирования нагрузок). Что же касается сути системы, то она сводится к тому, что тренер, который ею владеет, имеет возможность управлять организацией игры и всеми аспектами подготовки команды в их взаимосвязи.
Мы постоянно говорим о необходимости возвращения к так называемому «футболу Лобановского», но на деле постоянно колеблемся между «что-то взять» и «отказаться за ненадобностью», при этом не предлагая ничего взамен. Разумеется, мы так ничего не сможем добиться.
Без четкого понимания того, какие сдвиги в организме спортсмена должны происходить, какие навыки командного взаимодействия решаться, какие моменты организации игры и функционального состояния игроков корректироваться, какой должна быть последовательность этих упражнений, положительных результатов не будет. Механическое использование отдельных методов работы, повторение тех или иных упражнений не даст желаемого эффекта. Нельзя что-то взять из нашей системы. Ее можно или использовать, или нет.
По сравнению с тем же 1975 годом у нашего современного футбола есть многое из того, о чем тогда нельзя было даже мечтать. Но мы по-прежнему задаем вопрос: чего же нам не хватает? Ответ здесь может быть один: понимания.
Например, понимания того, что никакие деньги, трансферы, контракты и фамилии, никакие организационные и пиарные усилия и даже никакие «установки на игру» не будут работать, если не подчинить это все правильно спланированному и организованному учебно-тренировочному процессу.
Если основной процесс сводится к шатаниям между «что-то взять» или «полностью отказаться», все остальное не будет иметь особого смысла, а полученный спортивный результат и качество игры окажутся непропорционально скромными по сравнению с затраченными усилиями.
Приходится слышать, что нам «нужно время». Но время, как и деньги, следует тратить с умом. Мы хотим вернуться на прежний уровень достижений? Тогда нужно, чтобы принципы организации игры, методы подготовки футболистов, которые неоднократно доказали свою эффективность, заняли подобающее место в системе приоритетов наших футбольных руководителей. Научно обоснованный учебно-тренировочный процесс должен стать основой работы во всем нашем футболе. По-другому не получится.
ВИЦЕ-ПРЕЗИДЕНТ УЕФА, ПОЧЕТНЫЙ ПРЕЗИДЕНТ ФЕДЕРАЦИИ ФУТБОЛА УКРАИНЫ ГРИГОРИЙ СУРКИС: «ВАЛЕРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ УШЕЛ И УНЕС С СОБОЙ СЕКРЕТ СВОЕГО УСПЕХА. ПРЕСЛОВУТЫЕ ЕГО «КОНСПЕКТЫ», КАК ОКАЗАЛОСЬ, НЕ ФИЛОСОФСКИЙ КАМЕНЬ, А ТОЛЬКО КАНВА, УКАЗАТЕЛЬ НАПРАВЛЕНИЯ. ТРАДИЦИИ ТРАДИЦИЯМИ, НАСЛЕДСТВЕННОСТЬ НАСЛЕДСТВЕННОСТЬЮ, НО К УСПЕХУ МОЖНО ПРИЙТИ ТОЛЬКО СВОИМ ПУТЕМ»
— Говорят, люди живут до тех пор, пока их помнят. Уверен: Валерию Лобановскому в футболе уготована вечная жизнь. Он остался в памяти болельщиков, своих коллег и по­до­печ­ных. Остался в громких успехах возглавляемых им команд — киевского «Динамо» и сбор­ной СССР, в своих воспитанниках и последователях, причем не только в Украине, но и за рубежом, в развитых футбольных странах.
Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух - изображение 3Помните, у Владимира Высоцкого есть строки: «Я, конечно, вернусь, весь в друзьях и в делах...»? Так вот, Лобановский даже не воз­вращается, он будто и не уходил от нас. Главный, на мой взгляд, показатель его величия, значения мэтра для нашего и мирового футбола — тот факт, что его успехи по сей день остаются ориентирами для многих тренеров и команд.
По части харизмы, мастерства, последовательности, опыта, интуиции и умения все это воплотить в создании конкурентоспособных коллективов, в их стабильных успешных выступлениях с Лобановским могут состязаться лишь считанные специалисты — такие, как Алекс Фергюсон, Марчелло Липпи, Жозе Моуринью.
После того как Валерий Васильевич уехал работать за ру­беж, ук­ра­ин­ский футбол очень нуж­дался в тренере такого уровня, и впервые мы с братом выступили с идеей вернуть Лобановского в киевское «Динамо» на собрании акционеров клуба в 1994 году.
Решено бы­ло откомандировать в Кувейт к Лобановскому мно­голетнего администратора «Динамо» Алек­сандра Чубарова. Тот привез нам просьбу Валерия Васильевича — дать ему время на размышления. С первого раза ответил отказом. Очевидно, как и во всем, мэтр просчитал ситуацию на несколько ходов вперед — ждал, пока украинский футбол в целом и само «Динамо» дозреют до того, чтобы перед клубом можно было ставить максимальные задачи.
На Ближнем Востоке Лобановский внимательно следил за ситуацией на родине — перечитывал кипу газет и журналов, смотрел русскоязычные программы, просил друзей и знакомых привозить ему кассеты с записями основных событий, причем не только футбольных, но и политических. Среди этого видео матчи «Динамо» присутствовали в обязательном порядке. Мы созванивались с Валерием Васильевичем.
Наконец, через Григория Спектора, в свое время работавшего администратором у Лобановского, тот сообщил о своей готовности к переговорам. Случилось это в конце сентября 1996-го, после вылета «Динамо» из Кубка УЕФА. В течение нескольких часов общения на нашей с братом первой встрече, состоявшейся в киевской квартире Лобановского, мы обсудили все главные аспекты. И после того как были улажены юридические нюансы его контракта в Кувейте, в декабре того же года Валерий Васильевич вер­нулся на тренерский мостик родного «Ди­намо».
Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух - изображение 4Руководство клуба сделало тогда все, чтобы инфраструктура соответствовала его амбициям и задачам. Появление Лобановского стало завершающим шагом в построении команды, которая меньше чем через год уже обыгрывала в одну «калитку» грозную «Барселону», а через два с половиной сезона выступала в полуфинале Лиги чемпионов.
К сожалению, Валерий Васильевич очень рано ушел, и я думаю, специалист такого масштаба, как Лобановский, обеспечил бы своим идеям и методике эффективность в любых условиях.
Он ведь с успехом работал как при советской командно-административной системе, так и в условиях рыночного футбола. Да и командировка на Ближний Восток обогатила его полезным опытом — увы, изрядно подорвав при этом здоровье...
Да, он был не в восторге от того, что приходилось переориентироваться на работу с многонациональным, мультиязычным коллективом. В последнем звездном «Динамо» конца 90-х легионеры были только из ближнего зарубежья, они все говорили по-русски, прекрасно понимая, чего именно хочет от них тренер. С игроками из Румынии, Венгрии, Болгарии, бывшей Югославии, Африки Лобановскому приходилось общаться через переводчика. А это сбой в системе, создававшейся годами, и на преодоление этой трудности нужно было время. Едва ли не на каждой пресс-конференции 2001 года Валерий Васильевич акцентировал на этом внимание, призывая к терпению.
Он так и не успел дойти на том этапе даже до промежуточного финиша. Много сил отняла сборная, для игр которой теперь уже не получалось просто переодеть в другую форму киевских динамовцев, усилив их двумя-тремя исполнителями из других клубов. Тем не менее национальная команда добралась до плей-офф чемпионата мира-2002, уступив там только будущему вице-чемпиону планеты, сборной Германии.
Вводя в состав легионеров, Лобановский подчеркивал, что это временная, вынужденная мера. Он мечтал о талантливом пополнении из динамовского резерва — из той же академической группы Павла Яковенко. Возможно, попади в его руки Милевский и Алиев, они сполна реализовали бы свой огромный потенциал...
Валерий Васильевич был убежденным приверженцем системы, последовательным специалистом, настоящим интеллигентом. Свой талант от Бога он положил на алтарь каждодневной кропотливой работы, что позволяло ему ни на секунду не останавливаться в профессиональном росте. Максималист, он умел заряжать этой энергией окружающих, вдохновлять их на поиск таких физических и моральных резервов, о которых трудно было даже подозревать.
Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух - изображение 5Интересы дела для него всегда стояли во главе угла, выше личных симпатий и привязанностей. Являясь примером самоотдачи в работе, соответствующим образом спрашивал и с подопечных. Но я бы не стал искать в биографии Лобановского какой-то отдельный показательный случай или хрестоматийный эпизод проявления человечности. Он был человеком всегда и во всем. Именно поэтому столько людей во всех уголках футбольного мира помнят и чтят его имя.
Мне довольно часто задают вопрос: «Можно ли ожидать сегодня появления в отечественном футболе тренера такого уровня?», и я отвечаю на него словами самого мэтра: «Время расставляет акценты. Только дистанция длиной в жизнь определяет, кто есть кто на самом деле».
Валерий Васильевич ушел и унес с собой секрет своего успеха. Пресловутые его «конспекты», как оказалось, не философский камень, а только канва, указатель направления. Традиции традициями, наследственность наследственностью, но к успеху можно прийти только своим путем. Бороться и искать, найти и не сдаваться...
ЭКС-ВИЦЕ-ПРЕЗИДЕНТ ФИФА, ПОЧЕТНЫЙ ПРЕЗИДЕНТ РОССИЙСКОГО ФУТБОЛЬНОГО СОЮЗА ВЯЧЕСЛАВ КОЛОСКОВ: «ПЕРВОЙ РЕАКЦИЕЙ ЛОБАНОВСКОГО НА МНОГИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ БЫЛО: «НЕТ, ЭТО НАМ НЕ ПОДХОДИТ!», НО ЧЕРЕЗ НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ ОН НАЧИНАЛ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ТО, ЧТО СОВСЕМ НЕДАВНО ОТВЕРГАЛ»
— Существует мнение, что как тренер Валерий Васильевич обгонял свое время, но, на мой взгляд, Лобановский был как раз на своем месте и в свое время — просто являлся подлинным новатором и реформатором. Другое дело, что многие тренеры старой формации все эти его новации и научный подход не воспринимали, предпочитая работать по старинке.
Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух - изображение 6Надо заметить, что до и во время Лобановского тоже были выдающиеся тренеры: Гавриил Качалин, Константин Бесков, Виктор Маслов... Но все они использовали те стандарты, которые создавались в их бытность игроками. То есть их тренерская работа основывалась на их личном практическом опыте. Валерий Васильевич же стал первым, кто применил научный подход к организации учебно-тренировочного процесса, первым, кто препарировал футбол, игровую и тренировочную деятельность с точки зрения требований самой игры.
Его главная идея заключалась в том, что тренировочный процесс по своей структуре, по нагрузкам, по направленности должен соответствовать требованиям, которые предъявляет игра. Это в корне изменило существовавшие тогда методы подготовки футболистов и избавило игроков от ненужных упражнений, беготни, не дававшей никакого эффекта...
В те годы, условно говоря, существовало две школы: школа Бескова и школа Лобановского, которые кардинально отличались, и периодически побеждала то одна, то другая. Бесков отдавал предпочтение технике владения мячом (так называемая игра в квадраты и так далее), но пренебрегал функциональной подготовкой, Лобановский же готовил футболистов по системе, в которой присутствовал точный математический расчет: где, кто и когда должен находиться в конкретной игровой ситуации.
Несмотря на возникшее противостояние между школой Бескова и школой Лобановского, каждый из тренеров внес что-то свое, и обе эти школы футбол обогащали.
Одна из наиболее запомнившихся характерных особенностей Валерия Васильевича — требовательность — как в человеческом плане, так и в профессиональном. Он был очень взыскателен и к себе, и к окружающим, тут роли не играло: друг — не друг.
Ну и еще всегда бросался в глаза его дух отрицания. Мгновенной реакцией Лобановского на многое было: «Нет!», и это отрицание можно считать его индивидуальной фишкой.
Первое, что он всегда говорил, выслушивая от своих коллег даже какие-то весьма дельные предложения: «Нет, это нам не подходит! Нет, вы не готовы к такой дискуссии!». Но спустя некоторое время начинал использовать в своей тренировочной работе то, что совсем недавно отвергал. И этот его дух противоречия проявлялся не только в работе.
Например, Лобановский долгое время пил только водку, считал, что лучшего напитка не существует, и никакие другие не признавал. А потом его начало беспокоить сердце, он поехал на лечение в Австрию, и врач сказал ему: «Водка — это вредно. Лучше пейте коньяк». Валерий Васильевич перешел на коньяк и вернулся из Австрии совсем другим человеком. Если раньше он презирал всех, кто пил что-то, кроме водки, то теперь начал презирать всех, кто пил что-то, кроме коньяка.
Мы с ним много общались, я наблюдал его в разных жизненных ситуациях... Он был человеком своеобразным, глубоким и очень интересным собеседником, а главная заслуга Лобановского-тренера заключается в том, что он модернизировал футбол, создал свою школу, свое направление. Это, безусловно, выдающийся мастер своего де­ла, таким он был и останется навсегда — и для тех, кто его знал лично, и для всех поклонников футбола.
ЛЕГЕНДАРНЫЙ СПАРТАКОВЕЦ, ЛУЧШИЙ БОМБАРДИР В ИСТОРИИ КЛУБА, ОДИН ИЗ ТРЕНЕРОВ СБОРНОЙ СССР, РАБОТАВШИЙ С ВАЛЕРИЕМ ЛОБАНОВСКИМ, НИКИТА СИМОНЯН: «ЗАЙДЯ К НАМ В РАЗДЕВАЛКУ, БЫВШИЙ СТАРШИЙ ТРЕНЕР СБОРНОЙ ИТАЛИИ ЭНЦО БЕАРЗОТ, ОБРАЩАЯСЬ К ЛОБАНОВСКОМУ, СКАЗАЛ: «ВЫ СЕГОДНЯ ПОКАЗАЛИ ИГРУ XXI ВЕКА»
— С Валерием Васильевичем у нас были очень теплые и доверительные отношения, и я благодарен тому времени и судьбе за то, что мне довелось с ним сотрудничать.
Я бы назвал его великим тренером, которого прежде всего отличала высокая образованность. Он был образцом корректности, мог общаться с человеком любого уровня, очень требовательный, но не диктатор, как иногда приходится слышать. Диктатором Лобановский не был, а просто умел всех подчинить своей воле и стихии. При этом я ни разу не видел, чтобы он кого-то унизил или оскорбил.
Я до сих пор очень часто вспоминаю Валерия Васильевича и часто его цитирую, особенно когда речь идет о подготовке игроков, о тренировочном процессе в целом — мы же с ним вместе проработали восемь лет.
У нас с ним было полное взаимопонимание, я никогда не вмешивался в тренировочный процесс и не считал для себя возможным давать Лобановскому какие-то советы, но обсуждали мы все вместе. Он же всегда приглашал и меня, и Юрия Андреевича Морозова, и Сергея Михайловича Мосягина, внимательно выслушивая точку зрения каждого. Точно так же проходили и собеседования с игроками. Естественно, решения он принимал сам, но интересовался мнением всех. Например, всегда меня спрашивал: «Никита Павлович, ваш вариант состава?».
Вообще, советский период развития футбола еще и очень интересен своим разнообразием школ. Была украинская школа, флагманом которой являлось киевское «Динамо», и московская школа, ярким представителем которой был московский «Спартак», существовали закавказская школа футбола, прибалтийская... Разные школы, плеяды выдающихся тренеров и игроков — все это развивало футбол и делало очень насыщенным и увлекательным чемпионат СССР. А вот сейчас наставников такого уровня, как тот же Константин Иванович Бесков или Валерий Васильевич Лобановский, я не вижу, да и сам футбол сильно изменился.
Помню, как мы играли с итальянцами в чемпионате Европы 1988 года в Штутгарте, где обыграли их 2:0, после чего к нам в раз­девалку зашел бывший старший тренер сборной Италии Энцо Беарзот и сказал, обращаясь к Лобановскому: «Вы сегодня показали игру XXI века».
Система Лобановского ведь не только была известна в Союзе, но изучалась в мире и использовалась многими зарубежными клубами. Так что я счастлив, что мне удалось дружить и работать с этим великим человеком, что этот период развития футбола проходил у меня на глазах, и пока жив, всегда буду Валерия Васильевича вспоминать.
СЕКРЕТАРЬ ЦК КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ УКРАИНЫ, КУРАТОР КИЕВСКОГО «ДИНАМО» ЯКОВ ПОГРЕБНЯК: «МНЕ ПОЗВОНИЛ ЩЕРБИЦКИЙ И СКАЗАЛ: «ДЕЛАЙТЕ ЧТО ХОТИТЕ, НО ЧТОБЫ Я ТАКОГО ПОЗОРА БОЛЬШЕ НЕ ВИДЕЛ!»
— Судьба так распорядилась, что я 16 лет занимался киевским «Динамо». До этого приходилось курировать машиностроение, транспорт, товары народного потребления, а потом добавился спорт, и киевское «Динамо» Щербицкий оставил за мной. Одно время я даже отпрашивался, но Валерий Васильевич сказал: дескать, футболисты просят, чтобы я вернулся.
Дел и забот там, конечно, хватало, но и радости это приносило немало. Тогда ведь у нас все было государственным, и киевское «Динамо» относилось к Министерству внутренних дел, но футболу уделяли много внимания не только сотрудники МВД, но и другие работники ЦК.
Дело в том, что первые лица союзных республик, как правило, все были болельщиками. Владимир Щербицкий болел за «Динамо» (Киев), Леонид Брежнев — за ЦСКА, Виктор Гришин — за московский «Спартак», Петр Машеров — за минское «Динамо», Эдуард Шеварднадзе очень поддерживал свое «Динамо» и так далее.
В 1973 году киевское «Динамо» встречалось с «Араратом» в финальном матче на Кубок СССР. Было удач­ное начало, но бли­же к концу произвели неправильную за­мену Буряка и Блохина, в итоге «Динамо» проиграло, в связи с чем тренера Александра Севидова решили сменить. В один из вечеров мне позвонил домой первый секретарь ЦК Владимир Щербицкий и сказал: «Яков Петрович, делайте что хотите, но чтобы я такого позора больше не видел!».
Мы начали присматриваться к нашим молодым тренерам (тогда не принято было приглашать наставников из-за рубежа) и в итоге решили остановиться на Лобановском, который тренировал днепропетровский «Днепр». Основных причин для такого решения было две. Во-первых, Валерий в свое время играл в киевском «Динамо» и был хорошим футболистом (я помню, как он мастерски забивал угловые левой ногой), а во-вторых, как тренер «Днепра» он показал неплохие результаты. При нем команда стала занимать высокие позиции в чемпионате СССР, а тогда чемпионат СССР был серьезнее, чем нынешнее первенство Ук­ра­ины.
Переговорить с Ва­лерием поручили мне, но при этом присутствовали также товарищи из МВД, зампред Совмина Владимир Семичастный... До этого я Лобановского видел только на поле и по телевизору, лично с ним знаком не был. Помню, вошел рыжий высокий худощавый молодой человек, я сказал ему: есть мнение руководства республики доверить вам киевское «Динамо». Валерий пришел в замешательство, было видно, что он не ожидал такого... Поблагодарил за оказанную честь, но соглашаться не спешил. Говорит: «Одно дело — заниматься «Днепром», а другое — «Динамо»...
Мы сидели с ним часа два, и он все время сокрушался: «Куда же я иду? «Динамо» — это ж лицо Украины, а значит, за любой проигрыш тут же последует критика сверху». В итоге, конечно, согласился, но выдвинул ряд просьб. Первая касалась Олега Базилевича — Валерий настаивал, чтобы Олег, тренировавший тогда «Шахтер», пере­шел вместе с ним и в «Динамо». Так и произошло, и хочу отметить, что заслуга Базилевича в дальнейших успехах киевского «Динамо», безусловно, велика.
Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух - изображение 7Валерий Васильевич и Олег Петрович первыми разработали научный подход к тренировкам. В Советском Союзе только у киевского «Динамо» в основе тренировочного процесса лежал комплекс научных разработок, и именно это отличало стиль игры «Динамо» от других команд и привело к выдающимся результатам. Была создана большая информационная база, а основное внимание уделялось профессиональному росту футболистов.
Сказать, что Лобановский — гениальный тренер, лично я не могу, но он очень много ра­ботал над собой. Человеком Валерий Васильевич был сдержанным, деловым, много занимался самообразованием. И благодаря этой личной самоотдаче, настойчивости, а также природному уму и тренерскому таланту достиг больших успехов.
Я бывал на динамовской базе перед всеми ответственными играми не только в чемпионате СССР, но и в европейских кубках, в процесс, естест­венно, не вмешивался, но Лобановский всегда рассказывал мне, кто будет играть, кто в какой физической форме и так далее. В мои обязанности среди прочего входило обеспечение футболистов, плюс они часто к нам обращались с разными просьбами, которые мы по возможнос­ти старались удов­лет­ворить. Игроки со своей стороны тоже старались.
Футболисты тогда не имели таких денег, хотя и неплохо за­рабатывали, но при этом отдавали себе отчет, что ведущий футбольный клуб — это еще и лицо страны, республики. Сейчас это все уже ушло, что вполне объяснимо, когда столько иностранцев в клубах... А тогда перед матчем со «Спартаком» футболистам всегда напоминали: «Вы защищаете престиж Украины». Времена из­ме­нились, не знаю, смог бы Лобановский в нынешних условиях так работать, как тогда, и показывать такие результаты, но вспомнить период работы с Валерием Васильевичем сегодня приятно.
ПРОСЛАВЛЕННЫЙ КИЕВСКИЙ ДИНАМОВЕЦ ЛЕОНИД БУРЯК: «НАВЕРНОЕ, НАДО ЗАКАНЧИВАТЬ, — СКАЗАЛ МНЕ ЛОБАНОВСКИЙ. — Я СЕБЯ В ЭТОМ ВРЕМЕНИ НЕ ВИЖУ. ОНИ МЕНЯ НЕ ПОНИМАЮТ, Я — ИХ»
— Я счастлив, что мне выпала возможность работать с этим человеком, и до сих пор благодарен ему за поддержку, за весь тот жизненный опыт, за успехи, которых я достиг, работая именно под руководством Валерия Васильевича.
Конечно, киевское «Динамо» Лобановского — это его эпоха в истории советского футбола. Он вырастил несколько поколений игроков, прошел очень непрос­той и долгий путь, за которым стоял ог­ромный труд — и его, тренера, и нас, футболистов. Ну, кто хотел, тот, конечно, работал, я лично меньше 60 матчей в сезон не играл, из-за чего возникали серьезные проблемы со здоровьем, но цели и задачи ставились высокие, нагрузки были огромные, и все это вдохновляло на игру.
Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух - изображение 8Характер у Валерия Васильевича был непростым, как, в общем-то, у любого человека, который что-то из себя представляет. Собственно, характер движет человеком, и Лобановского как тренера, а ранее и как игрока создал именно характер. Эпоха Лобановского — это его характер. Возможно, будь его характер другим, и эпоха была бы другой, и киевское «Динамо», и мы не имели бы тех побед и результатов. Под влиянием его характера и каждый из нас формировался как отдельная личность.
Нас тогда ведь не только деньги вдохновляли на победы — мы любимым делом занимались. Валерий Васильевич пытался самоутвердиться как тренер, а для этого нужно было побеждать. Мастерство — это ежедневный труд, расслабляться нельзя, сегодня ты выиграл, завтра проиграл, необходимо ежедневно доказывать свою состоятельность.
Любые тренерские инициативы или идеи могут работать, только если они реализованы на практике. Лобановский свои идеи доказывал и подтверждал делом, и сегодня это нельзя ставить под сомнение.
Его, конечно, критиковали, много скепсиса было вокруг, советчиков, давление осуществлялось с разных сторон, в том числе из Москвы... Был «Спартак», были разные школы — московская, питерская, тбилисская, ереванская, бакинская, и Лобановский на этом фоне пытался доказать, что самой прогрессивной является именно его школа и что за тем тренировочным процессом, который он создал, будущее футбола.
Думаю, он это и доказал, и всегда вспоминаю, как после матча сборной Англии и символической сборной СССР всех времен (Лобановского тогда уже не было) ко мне подошел Константин Иванович Бесков, пожал руку и сказал: «Знаешь, все-таки Васильич был более модерным тренером, смотрел на шаг вперед, больше видел и свое время чуть-чуть опередил».
Вообще, вокруг таких людей, как Лобановский, всегда существуют противоречивые мнения и оценки, сейчас иногда приходится слышать и читать такое, что у меня создается впечатление, будто это все происходило не при мне и я тогда не играл...
Валерий Васильевич, к сожалению, рано ушел, многое бы мог еще сделать... С другой стороны, футбол тогда уже начал меняться, и подход к футболу, и отношение, появились легионеры... Лобановскому это все было тяжело принять. Уже когда я с ним входил в тренерский состав сборной Ук­ра­и­ны, он мне как-то сказал: «Наверное, надо заканчивать. Я себя в этом времени не вижу. Они меня не понимают, я — их».
В СССР, нужно отдать должное, были созданы идеальные условия для развития футбола, который являлся делом государст­венной важности, и все это тоже играло роль. А сегодня тренер — это, безусловно, важная фигура, но не главенствующая, деньги уже значат гораздо больше, и это одна из основных проблем.
Да, очень сильные режиссеры в театрах Москвы, но на режиссеров редко ходят — ходят на исполнителей. Так и в современном мировом футболе, где на примере отдельных клубов, скупающих лучших игроков, видно, что не тренеры сегодня все решают, а исполнители. Поэтому и платят безумные деньги — 100 миллионов за исполнителей, которые этих денег, на мой взгляд, не стоят.
Но как бы ни изменился футбол и какие бы новые тренеры и футболисты ни появились, эпоха Лобановского, те успехи и те победы навсегда останутся и в моей памяти, и в памяти болельщиков, и в истории.
ЗНАМЕНИТЫЙ КИЕВСКИЙ ДИНАМОВЕЦ, ОБЛАДАТЕЛЬ «ЗОЛОТОГО МЯЧА» 1986 ГОДА ИГОРЬ БЕЛАНОВ: «ДЛЯ МЕНЯ ВАЛЕРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ ВСЕГДА БЫЛ И ОСТАНЕТСЯ ВЕЛИКИМ ТРЕНЕРОМ И ЧЕЛОВЕКОМ С БОЛЬШОЙ БУКВЫ»
— Для меня Лобановский — великий тренер, я всегда так считал и говорю об этом постоянно. Он вырастил несколько поколений игроков, и лично я многим ему обязан. Валерий Васильевич был человеком слова, очень порядочным, интеллигентным, требовательным и ответственным. Не помню случая, чтобы Лобановский о чем-то сказал, что-то пообещал, но не выполнил.
Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух - изображение 9Он всегда держал свое слово, но и спра­шивал по полной программе. Был очень предан делу и своей самоотдачей заряжал всех — в этом тоже заключался его тренерский талант. Если Лобановский что-то говорил, это тут же выполнялось, каким бы тяжелым ни казалось.
Футбол сейчас очень изменился, мы иначе воспитывались, и не только за материальные блага играли, хотя это, конечно, важно. Кстати, мы неплохо получали по тем временам, при этом отношение к делу было другим — значение имело не только мастерство, но и ответственность, и патриотизм футболиста, который защищает честь страны.
Мы полностью отдавались игре — каким бы ни был соперник, шли вперед и не боялись, и душу тоже вкладывали. Поэтому и слезы выступали — и от побед, и от поражений, и я считаю, что так долж­но быть.
А сейчас смотришь иногда на молодых и понимаешь, что ему по барабану то, из-за чего мы когда-то переживали и ради чего выходили на поле. И какой патриотизм может быть, если в клубах сегодня все больше и больше иностранцев?
Поэтому чем больше времени проходит после смерти Валерия Васильевича, тем очевиднее становится, насколько масштабной была эта фигура. У него поначалу возникало много проблем — когда он только принял киевское «Ди­намо» и потом, когда возглавил сборную СССР... Но Лобановский верил не только в себя, но и в нас, а мы всегда это его доверие ощущали и старались оправдать — как-то стыдно было не оправдать доверие тренера.
Доверие — это вообще очень важно. Хочется летать, когда в тебя верят! А Лобановский верил. Поэтому для меня он всегда был и останется великим тренером и человеком с большой буквы.
ДМИТРИЙ ГОРДОН: «Я ГОВОРЮ: «ВАЛЕРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ, ЭТО ЖЕ ДЛЯ УМНЫХ ЛЮДЕЙ НАПИСАНО — ТАМ МЕЖДУ СТРОК ЧИТАТЬ НАДО», И ТУТ ЛОБАНОВСКИЙ ВЫДАЕТ: «А СКОЛЬКО ТЕХ УМНЫХ ЛЮДЕЙ? ВЫ, Я, ГРИГОРИЙ МИХАЙЛОВИЧ ДА ВОН ЕЩЕ ЙОЖЕФ ЙОЖЕФОВИЧ...»
— Мои первые статьи были о футболе — в 1984 году, в свои 16 лет, я опубликовал уже интервью с Леонидом Буряком в ворошиловградской газете «Молодогвардієць». В 1985-м, когда киевское «Динамо» начало свой очередной взлет, я сделал для газеты «Вечерний Киев» интервью с Игорем Белановым, который только что пришел из «Черноморца», — и это уже было серьезно. После чего начал выпускать одно за другим интервью с киевскими динамовцами.
И вот 1985 год, ноябрь, киевское «Динамо» досрочно стало чемпионом СССР по футболу, команде предстоял только матч в Ленинграде с «Зенитом», который уже ничего не решал, и я подумал, что было бы здорово взять комментарии у игроков. Обратился к своему другу Саше Кушкову, который был фотографом киевского «Динамо» и близко дружил со многими футболистами, и спросил, как это можно сделать. Саша сказал, что все сейчас уезжают на базу готовиться к матчу с «Зенитом», основная задача решена, так что проблем возникнуть не должно.
Я пришел утром на стадион «Динамо», Саша рядом, игроки собираются идти в автобус. «Саша, — говорю, — может, я прямо в автобусе по пути на базу с ними поговорю?». Кушков подходит к Лобановскому, тот идет не останавливаясь... Он вообще никогда не останавливался, чтобы с кем-то поговорить, шел впереди, за ним семенили остальные — и тренеры, и помощники, и журналисты — это была его фирменная манера.
Саша обращается на ходу: «Валерий Васильевич, тут Дима Гордон, который пишет в «Вечерний Киев» о футболе, он хотел бы взять комментарий у футболистов. Лобановский: «Хорошо». Саша: «А как это сделать? Можно Дима в автобус зайдет и поговорит с игроками?». Лобановский: «Можно». Саша мне: «Быстро!».
И вот представьте: мне 17 лет, киевское «Ди­намо» — это религия, футболисты — небожители... Великое киевское «Динамо», великие футболисты, я захожу в ди­намовский автобус — это первая не­воз­можная история. И я еду на базу киевского «Динамо» — это вторая невозможная история.
В дороге я их что-то робко спрашиваю, они мне охотно отвечают, мы приезжаем на базу, и я понимаю, что у меня есть главная задача — интервью с Блохиным. До этого я пытался с Блохиным поговорить, но он никому не давал интервью принципиально, поскольку очень был обижен после чемпионата мира 1982 года в Испании, когда его сделали главным виновником неудачного выступления сборной СССР. Я подходил к нему дважды, он отвечал: «Все вопросы к Лобановскому», а когда подошел в третий раз с большой бандурой — кас­сетным магнитофоном «Весна», Блохин ответил: «Обратись к врачу, который уши лечит, — я тебе уже все сказал».
И тут мне приходит в голову мысль. Я уже на базе «Динамо», Блохин сказал, что все вопросы к Лобановскому, и я опять обращаюсь к Саше: «Спроси у Лобановского, можно ли мне взять интервью у Блохина». Мы поднимаемся на второй этаж базы, Валерий Васильевич у себя в комнате, в бильярд играют Пузач, Колотов, Веремеев и Чубаров...
Открывается дверь, выходит Лобановский, все бросают кии и семенят за ним, а Саша, опережая их, говорит: «Валерий Васильевич, Дима уже опросил всех игроков, теперь хочет взять интервью у Блохина, а Блохин интервью не дает, дескать, все вопросы к Лобановскому, так можно Дима возьмет интервью и у него?». Лобановский на ходу: «Можно». Я: «Саша, спроси: а как? как?». Саша: «Валерий Васильевич, а как?». Лобановский: «Я ему сам скажу». И все убегают в лес на тренировку.
Я думаю: ну, ерунда какая-то — Лобановский скажет Блохину дать интервью Гордону... Но продолжаю стоять. Холодно. Колотов, Веремеев, Пузач и Чубаров играют в дыр-дыр, команда час бегает по лесу в Конче-Заспе, потом все возвращаются с тренировки, и вдруг Блохин подбегает ко мне: «Ну, пойдем поговорим». Это третья невозможная история.
Мы садимся с ним на первом этаже базы на диванчик, я задаю Блохину все вопросы, которые хотел задать, он на все отвечает, после чего я интересуюсь у Кушкова: «А как мы отсюда уедем?». Саша говорит: «А вон Веремеев с Заваровым собира­ют­ся в Киев, сейчас я к ним попрошусь». Мы садимся с Сашей Заваровым в «де­вят­ку» к Веремееву и возвращаемся в Киев. Это четвертая невозможная история.
После этого я публикую в «Вечернем Киеве» интервью с Блохиным почти на полосу формата А2, все просто охреневают, и я понимаю, что уже у всех интервью взял, только Лобановский остался. Раздобываю его телефон, звоню домой. Он снимает трубку, я говорю: «Это Дима Гордон». Он: «Да, да, я знаю...». — «Валерий Васильевич, можно с вами встретиться, поговорить?». Он: «Да, пожалуйста, приходите».
Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух - изображение 10У него на стадионе «Динамо» внизу был не кабинет, а каптерка — иначе не назову. И вот сидит великий Лобановский в каптерке, я — напротив него и задаю вопросы. Все, как мне кажется, умные: «У вас высшее инженерное образование — помогает ли оно в тренерской профессии?» и так далее. Задаю первый вопрос, он: «Следующий». Я задаю, он: «Следующий», и так мы раз пять-шесть по всем вопросам прошлись...
У Лобановского была неповторимая манера: выдыхать воздух во время разговора — фух! Он: «Ну, я думал, фух... Вы будете о подготовке к сезону, фух... А у вас такие вопросы, фух, которые требуют осмысления, фух... Это так сразу, фух, не решается... Это все надо обдумать, фух... Это в следующий раз тогда».
Вообще, я понял его уже потом. «Этот человек, — сказал один мой друг, — с высоко поднятой головой прошел по жизни». Он создал себе, будучи очень умным и тончайшим психологом, ореол величия, искусно его поддерживал и всячески использовал свое умение влиять на людей, в том числе магнетически — благодаря этому умению весь ма­­ховик и вертелся.
Прошли годы. Лобановский вернулся в киевское «Динамо», и вернулся другим. Раньше он был неприступным, а тут я пря­мо удивился. Подошел к нему после первой его пресс-конференции, он: «Дима, здравствуй! «Бульвар» читаю, мне все номера в Эмираты привозили...». Я: «Валерий Васильевич, так, может, интервью?». Он: «Обязательно. Обязательно».
И вот выходит в «Бульваре» революционное на тот момент интервью с Йожефом Сабо, который камня на камне от существующей системы футбола не оставил, раскритиковал ее в пух и прах, все вещи своими именами назвал. Я подошел к Лобановскому уже после этого: «Валерий Васильевич, как насчет интервью?». Он: «Да ты понимаешь, после Сабо я теперь не могу. Он — главный тренер сборной, а я — клуба, он должен мне разрешить».
Я принял эту игру и обратился к нему через некоторое время: «Валерий Васильевич, Сабо уже разрешил». Он: «Ну, хорошо. Вот еще чуть-чуть, и сделаем».
Потом выходит интервью с Блохиным, в котором он очень резко высказался: дескать, вторым тренером у Лобановского не буду, только первым. Я опять к Лобановскому: «Валерий Васильевич, как же интервью?». Он: «Ну, после Блохина я даже не знаю, что и сказать...». — «Да скажете что-то свое». — «Ну, хорошо, в конце сезона». Под­хожу в конце сезона: «Валерий Васильевич, что у нас с интервью? Вы сказали: в конце сезона». Он: «Так новый сезон начинается...». Я: «Ладно, спасибо, понял» — на этом мы расстались.
В «Бульваре» между тем один за другим выходили интервью с известными фут­болистами и тренерами, наша газета всегда была независимой, никогда не оглядывалась на авторитеты, а писала о том, что думают одни выдающиеся люди о других, об эпохе и о времени. В общем, появлялись иногда материалы, в которых Лобановский представал в нелицеприятном свете. Маслаченко сказал: «Вы себе придумали идола и на него молитесь», Бесков очень резко высказывался...
Что наша жизнь? Игра... Рыжий подсолнух - изображение 11И вот 1998 год, матч плей-офф чемпионата мира в Словении, в Любляне, главный тренер сборной — Сабо, но Лобановский полетел, поскольку уже должен был принимать сборную. Аэропорт в Любляне маленький, только интервью с Бесковым вышло, мне очень не хочется с Лобановским встречаться, я иду со своим товарищем в какой-то закуток и вдруг вижу: сидит Лобановский с Олегом Базилевичем и Борисом Воскре­сен­ским.
Я прошу товарища: «Прикрой меня», мы вроде бы прошли, и вдруг слышу: «Дима!». Я: «Ой, здравствуйте, Валерий Васильевич!». Подхожу. Он: «Читаю «Бульвар». Бесков говорит, что «Динамо» играло в футбол прошлого, а «Спартак» — в футбол будущего, «Динамо» всегда было хуже «Спартака», и вообще непонятно, чем мы в Киеве занимались...». Я: «Валерий Васильевич, так это же для умных людей написано — там между строк читать надо», и тут он выдает: «А сколько тех умных людей? Вы, я, Григорий Михайлович да вон еще (показывает) Йожеф Йожефович».
И после этого в течение получаса вдруг начинает рассказывать мне все, что думает о современном футболе, в каком направлении он развивается, как, по его мнению, должна строиться игра, и я понимаю, что ему хочется выговориться. Уже объявляют посадку, надо идти, а он все говорит и говорит. Я: «Валерий Васильевич, уже пора», мы идем, и он продолжает говорить на ходу.
Потом кто-то еще в нашей газете его кри­­тиковал, он даже звонил, насколько я знаю, Гри­горию Михайловичу Суркису в семь утра: «Если сегодня сборная проиграет, виноват в этом Гордон». А потом администратор киевского «Динамо» Александр Чубаров сказал мне: «Ну зачем ты его трогаешь? Он недавно в больнице лежал в Австрии, уже забывался, звал: «Мамочка, мама!»... Ты хочешь, чтобы он из-за тебя умер?». Я пообещал: «Все. На этом мы ставим точку. Больше никто плохо о Лобановском на страницах «Бульвара» высказываться не будет».
...После смерти Валерий Васильевич мне приснился расстроенный: дескать, зачем ты так обо мне? — и мне стало очень стыдно.
Оцените
Поделитесь
Прогнозы
Оставили комментарии на форуме:4
  • Бульвар-бульваром, но о футболе эта газета всегда толково писала. Хорошая статья! Рекомендую всем, кто не боится "многа букафф"!

    0+ 0- 0
    +-
    Игорини
  • 0+ 0- 0
    +-
    tocha
  • «Валерий Васильевич, как насчет интервью?». Он: «Да ты понимаешь, после Сабо я теперь не могу. Он — главный тренер сборной, а я — клуба, он должен мне разрешить».

    «А сколько тех умных людей? Вы, я, Григорий Михайлович да вон еще (показывает) Йожеф Йожефович».

    Тролінг 80 level від ВВЛ )))

    0+ 0- 0
    +-
    Фалько
  • Интересно почитал вью Погребняка, ну а Сабо... опять посмеялся..

    0+ 0- 0
    +-
    МАГ
  • Оставить комментарий на форуме Обновить

    Букмекер месяца
    Рейтинг Букмекеров